?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Preußischer Generalfeldmarschall Helmuth Karl Bernhard von Moltke

Теперь посмотрим памятники Персонам-Военачальникам времён Пруссии второй половины 19 века.
Там, где стоит памятник Бисмарку (у площади Звезды) расположились два памяника полководцам, немало сделавшим для воплощения идей Бисмарка.
Первый Фельдмаршалу фон Мольтке (Скульптор Joseph Uphues 1905)
Мольтке был основным действующим лицом в трёх войнах(против Дании, Австрии и Франции), после которых Бисмарк сумел создать Германскую Империю.Авторитет Мольтке в военных врпросах и в теории, и на практике был непререкаем. И считался гениальным полководцем.

Пусть меня простит автор последующего текста. Этот текст я забрал, а снова источник найти не сумел и отказываться не хочется

Photobucket

«...Старого фельдмаршала прозвали в мире «великим молчальником». Почему, собственно, его так прозвали, трудно понять: сочинения графа Гельмута Мольтке составляют девять томов. Великий молчальник писал, кроме военных трудов, политические, исторические, философские статьи, путевые очерки, афоризмы, стихи. Он написал даже роман «Два друга». Этот роман я читал, но не дочитал. В нём красавица графиня Ида вышла замуж за мужественного рыцаря Эрнста на радость старому преданному слуге Фердинанду. Стихи же графа Мольтке, точнее мадригалы, много лучше. Он занимался также живописью, знал толк в музыке. Это был очень образованный, одарённый и своеобразный человек.
В мире он пользовался репутацией милитариста из милитаристов. Для неё, конечно, были основания. Мольтке был главнокомандующим в трёх войнах и в своих речах ежегодно предсказывал четвёртую чуть только не на следующую весну. 88 лет от роду он собирался снова стать во главе армии и повести её на Париж [«Ещё неясно, даст ли мне возможность г. Буланже приехать в Грейзау» (их имение), — довольно игриво пишет о войне фельдмаршал брату (письмо от 26 марта 1888 г.). — Авт.]. Кроме того, ему приписывают изречение: «Вечный мир мечта, и не прекрасная мечта». В отличие от многих других исторических изречений, вышеприведённое вполне точно: фельдмаршал действительно это сказал в 1880 г. Но был ли он в самом деле закоренелым, убеждённым милитаристом вроде Бернгарди или Людендорфа? В частных своих письмах он утверждал, что ненавидит войну. Высказывал он иногда мысли самые неожиданные. Так, граф Мольтке где-то говорит, что в настоящее время войны затевают не короли и не полководцы, а биржи, — это могли бы сказать и Маркс, и Ленин. Самое удивительное, пожалуй, то, что незадолго до смерти он советовал своему племяннику не отдавать сына в кадетский корпус: незачем ему становиться офицером, пусть лучше изучает сельское хозяйство.
В частной жизни это был любезнейший человек. Он обожал свою жену, чрезвычайно любил мать, братьев, сестёр, племянников, внучатых племянников и племянниц (детей у него не было). В 90-летнем возрасте он писал 15-летнему потомку: „Посылаю тебе двадцать марок. Если ты их положишь в сберегательную кассу, значит, ты скряга. Если же ты их сразу истратишь, значит, ты мот. Рекомендую тебе золотую середину». Галантность не покинула его и на десятом десятке лет. В его письмах есть длинные рассуждения о красоте женщин разных национальностей и о разных красавицах, как императрица Евгения, как некоторые русские великие княгини. Он у себя, в здании генерального штаба, предоставил место какому-то Damengesangverein’y и неизменно посещал все вечера этого дамского музыкального кружка. Любимым его поэтом до конца дней оставался Генрих Гейне, хоть он и поругивал автора «Reisebilder» (путевых картин — нем.) за атеизм. После Генриха Гейне фельдмаршал всем предпочитал Осипа Шубина, поддерживал с этим писателем и личную дружбу. Под псевдонимом Осипа Шубина писала хорошенькая немецкая романистка Лиля Киршнер; писала она повести с умопомрачительными заглавиями вроде: «Mal Occhii» (ядовитая смоковница — фр., лат.), «Gloria Victis» (слава побеждённым — лат.) или «Finis Poloniae» (конец Полонии, т.е. Польши — лат.). Повести эти тотчас прочитывались в имении престарелого графа Мольтке, куда часто приглашался и сам Осип Шубин для совместного обсуждения последнего шедевра.
В Германии боготворили фельдмаршала. Военные говорили о нём так, как набожные брахманы могут говорить о Брахме. В день его 90-летия император писал, что не может предложить ему никакой награды: «у вас все награды есть». В политику он вмешивался не часто, — «это Бисмарк лучше знает», — но с ним очень считались. Иногда он, Вильгельм I и Бисмарк объединялись для совместного обсуждения государственных дел. Им втроём было без малого триста лет. Относились три старца друг к другу не без иронии (особенно Бисмарк к двум остальным), но отдавали должное — императору за ранг, Бисмарку за ум, Мольтке за Седан. Фельдмаршал знал себе цену. На погребении императора Фридриха церемониймейстер по ошибке пропустил его в списке. Старик устроил страшный скандал — при новом дворе произошла паника, и фельдмаршалу отвели самое почётное место во всей погребальной процессии. При своих летних путешествиях он соблюдал строгое инкогнито, но любил, чтобы его немедленно узнавали и чтобы его появление производило радостный переполох в гостиницах и в ресторанах, а племяннику Гельмуту, знавшему старика наизусть, хмуро говорил: «Верно, опять кто-нибудь разболтал»...
На посту начальника генерального штаба Мольтке оставался до 89 лет и наконец сам потребовал отставки, ссылаясь на то, что ему «стало трудно ездить верхом». Выработал новый план войны (кстати сказать, противоположный плану графа Шлифена) и удалился на покой в имение. Там по утрам сажал деревья, а вечером играл в вист. За вистом и почувствовал внезапно предсмертную слабость — и умер, глядя на портрет своей жены, скончавшейся за четверть века до него.