?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Хорошо  пройтись по улице из конца в конец и в соседние улочки. На одном её конце находится некое полуразрушенное здание (теперь в целях безопасности укреплены строительные конструкции). Здание было до войны крупным торговым  пассажем.

Надо сказать, что весь окружающий район и ещё другой (Prenzlauerberg), доставшиеся ГДР, все послевоенные годы не привлекали внимания коммунистических властей. У них была другая градостроительная задача – они, как я уже говорил, строили новый  социалистический город восточнее Александерплатц (Aleksanderplatz). А старый город, пострадавший во время войны, да и просто от старости, жил как-то так, кое-как. И в этих полуживых домах обреталась разношёрстная публика от бомжей  и  люмпен-пролетариев до разного сорта альтернативного народа( хиппи, панки и т.д.). После объединения страны и города заброшенное раньше стало приобретать новых хозяев и на глазах менять облик на респектабельно-буржуазный. Создалась такая пёстрая картина смешения отреставрированных, модерно-новых, прежних трущёб и со времён войны серо-обшарпанных   не ухоженных домов. В упомянутом разбомбленном доме идёт расслабленно-напряжённая художественно-тусовочная жизнь. Там находятся галереи, кафе, театрик и ещё что-то трудно-описуемое, но привлекающее внимание богемной публики. На стене здания небрежно, но огромными буквами написано слово «TAHELES», что в переводе то ли с идиша, то ли иврита означает «говорить открыто».  

Дом стал неким туристским объектом, вошедшим в программу знакомства с городом. (Впрочем, и его ждёт судьба быть, в конце концов, снесённым).

На другом конце улицы находится ещё один очень популярный у  публики объект отдыха и развлечений. «Hackesche Höfe». Хакские дворы. Дело в том, что во второй половине 19 века с бурным развитием промышленности дома стали строить в виде многодворовых комплексов. Так строили в Берлине, так строили в Петербурге и, наверно,  в других городах. Не очень радостное строение, зато очень функциональное. Фасадная часть дома, выходящая на улицу имела привлекательный вид. Там располагались квартиры для состоятельной публики, а то и сами хозяева  жили. Мы в Ленинграде (Петербурге) жили в таком доме. Передний (лицевой) корпус имел парадные лестницы с широкими маршами, барельефами по стенам и великолепными каминами, изукрашенными глазурованными плитками  цвета морской волны. В заднем корпусе и квартиры поменьше и потолки пониже для более бедного люда. Дальше имелся и «задний» двор, где были хозяйственные постройки (в моём детстве на заднем дворе были сараи, в большинстве случаев, с дровами, т.к. отопление тогда было ещё печное). На задних же дворах располагались мастерские, фабрики, конюшни, гаражи, склады и т.д. Правда, существовали проекты, которые представляли собой комплексы дворов красивых во всех частях. В  Ленинграде  - это так называемый «Толстовский дом» или «Перцовский дом». В Берлине сохранился один такой комплекс – «Riehmers  Hofgarten» (в райне Кройцберг) в необарочном стиле.

После объединения много таких проходных дворов в рамках  реконструкции, получившей название «критической», благоустроены. Вместо сараев, конюшен, складов появились магазинчики, маленькие художественные салоны, галереи и, конечно, кафешки, кафешки со столиками во дворах, на тротуарах. Всё вылизано, вычищено, озеленено. В разных местах  выставлены то, что называется малые садово-скульптурные формы. И таким образом бывшие обшарпанно-затхлые дурнопахнущие дворы и лестницы превратились в уютнопривлекательные места времяпровождения.