?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Две жизни Шаруза Шаликара
Для немцев – «канаке», для мусульман – еврей, а для евреев – уголовник

Когда в еврейской семье Шаликар, бежавшей от ненависти и антисемитизма из Ирана в Германию  родился сын, его назвали персидским именем Шаруз. Семья быстро интегрировалась в немецкое общество: отец работал в универмаге Karstadt, мать открыла небольшой магазин, дети  ходили в школу, а летом посещали  родителей отца и матери в Израиле.
О том, что они евреи, родители говорили неохотно – боялись за детей. К тому же в берлинском районе Шпандау, где прошло детство Шаруза, не было речи о национальности, этносе или религии. «Дома мы говорили на фарси, еду готовили, как это было принято в Иране. Мы не ходили в синагогу, у меня не было бар-мицвы, но праздники дома отмечались», – вспоминает он. Когда Шаруз пошел в гимназию, семья переехала в Веддинг – проблемный район, пристанище иммигрантов, которые хотя и покинули мусульманский мир, но так и не приблизились к Европе. Турки, ливанцы, персы и курды, ненавидящие
друг друга и конфликтующие между собой, становились едиными, когда противостояли христианам или евреям. Дети в этой среде вырастают с чувством антисемитизма, антигерманизма и вообще настроены против всего европейского. «Мои родители такими не были, за что я им очень благодарен», – подчеркивает Шаруз. Мусульмане же ненависть к евреям привезли с собой, считая ее естественной и передавая всем окружающим. Сидя в школе за одной партой с индусом, Шаликар услышал от него: «Все евреи должны сдохнуть!» Мишень ненависти.
В гимназии парень внешне ничем не отличался от большинства соучеников – черноволосый, с карими глазами и смуглой кожей. Одноклассники неоднократно спрашивали: «Ты тоже мусульманин?» Шаруз же считал себя немцем с иранскими корнями, жителем Веддинга, а религия – разве не все равно? Бабушка подарила ему звезду Давида, которую он с гордостью носил лишь потому, что она была золотая. Это, по мнению парня, должно было обеспечить ему уважение улицы. Отец предупреждал, что медальон лучше спрятать под футболку, но он не послушал...
Как только стало известно, что Шаруз еврей, он превратился в мишень ненависти. Соученики не желали общаться с ним, в школе его обзывали «говённым евреем», на улице избивали. Встретив турецкого юношу, с которым Шаруз прежде играл в футбол, он услышал: «Еврей, я не желаю тебя здесь видеть. Если еще раз встречу, тебе не сдобровать». Заметьте, речь идет не о 1930-х гг. и не о членах гитлерюгенда. Это были дети и внуки турок и арабов, которые десятилетиями жили в Германии!
Однажды Шаруз сидел с приятелем Синаном на скамейке у входа в метро. Их окружила группа палестинцев в возрасте 18–20 лет, человек 12, которые называли себя РLO-Boys. Один из них закричал: «Мы нашли еврея!» У их вожака Фади в руках была упаковка клубники, которую палестинцы стали запихивать Шарузу в рот, приговаривая: «Жри, еврей!» «Это походило на изнасилование», – вспоминает Синан 22 года спустя. С этого момента жизнь Шаруза круто изменилась. В районе, где он жил, единственным действенным аргументом была сила, и вчерашний гонимый еврей Шаруз становится грозным Аро – предводителем подростковой клики, мастером граффити и любителем поножовщины.
Он добывал «травку» и защищал младших от PLO-Boys. Причем вовсе не из-за испорченности. Уж очень хотелось Шарузу быть частью целого: если бы на их улице все бегали с книжками и тетрадками, а не с ножами и кастетами, то и он делал бы то же самое. А так в 17 лет парень нанес ножевую рану турку за то, что тот приставал к его друзьям: «Я вытащил нож и вонзил его два или три раза в грудь и один раз в спину. Он выжил». На Шаруза напал добрый десяток людей, избивали долго, даже уже лежащего на земле.
Преступник или жертва?
После этого некоторое время было спокойно. «Еврейских» шуточек в его адрес стало меньше, а если и были, то Шаруз лишь улыбался. Он не хотел быть евреем, арабо-израильский конфликт волновал его куда меньше, чем футбол и девочки. Он желал лишь признания и уважения улицы, а встречал только ненависть.
Чтобы стать своим, он каждый вечер выходил из дома и рисовал граффити на всех стенах, попадавшихся на его пути, подписываясь «Аро No 1»..Знакомый курд, считавший Шаруза персом, предложил ему протекцию своего клана. «У меня был выбор: участвовать или стать жертвой», – поясняет Шаруз. Каждый вечер он выходил из дома с газовым пистолетом, ножом и кастетом, зная, что его ждут драки с другими группировками, разбойные нападения, налеты и взломы. Родители были в ужасе. Каждый вечер они ждали: или их сына приведет полиция, или он придет избитый и израненный.
Отец дважды выгонял его из дома, но Шаруз возвращался из-за матери, зная, как она страдает. Нередки бывали ситуации, после которых парень мог оказаться в тюрьме или на кладбище. Часто друзья предлагали ему вступить в поединок с бандами из враждебного района Кройцберг.
«Я отказывался, зная, что это мой конец. Меня обзывали предателем, упрекали в слабости, спрашивали, что мне важнее – честь Веддинга или собственная жизнь. Мне угрожали и не желали видеть меня в Веддинге. Завидев на улице, переходили на другую сторону. Это было началом конца», – вспоминает Шаликар.
Но, пройдя через насилие и тюрьму, он нашел в себе силы начать новую жизнь. Очень помогли семья и настоящие друзья. «Родители и моя подруга Яника всегда меня поддерживали, – вспоминает Шаруз. – По-настоящему агрессивным я не был, это жизнь заставляла меня защищаться».
В 1997 г., сдав экзамены, Шаликар получил аттестат зрелости, отслужил в бундесвере санитаром, а потом пошел учиться в Свободный университет Берлина. В какой-то момент у него возник интерес к иудаизму. Шаруз стал расспрашивать родителей о жизни в Иране, узнал о том, что там «мокрая собака ценилась дороже сухого еврея». Он все больше чувствует, что мир, в котором он живет, – не его мир, и в конце концов решает покинуть Германию в надежде на то, чтобы принадлежать к своему народу и «вести жизнь без косых взглядов».
Новая жизнь
4 апрел я 2001 г. Шаруз Шаликар сел в аэропорту Шёнефельд в самолет, направлявшийся в Тель-Авив.
В Израиле он получил имя Арье и отправился в кибуц Пальмахин, где встретил таких же молодых людей, приехавших в Израиль в поисках своих корней. «С первого дня пребывания на земле Израиля я почувствовал, что принадлежу ей. Во мне не видели чужака. Я был полноправным членом этого общества», – вспоминает Шаликар. Через полгода он записался в ЦАХАЛ, в отряд десантников. Позже в Иерусалиме изучал иврит и политику, стараясь избавиться от всего того наносного, что было характерно для его жизни в Берлине. Что от нее осталось? Берлинский диалект и пара шрамов на голове и на теле.
Сегодня 38-летний бывший берлинский хулиган носит израильскую военную форму, поскольку с 2009 г. является одним из пресс-секретарей ЦАХАЛа. Арье владеет многими языками, что позволяет ему отвечать на вопросы сотен пишущих об Израиле журналистов из Европы, Азии и Латинской Америки..
Теперь он считает себя «сионистом  душой и телом», хотя долго не идентифицировал себя с еврейством:
«Когда я учился в шестом классе, нас повели в Музей Анны Франк, но тогда я не проявил никакого интереса».
В 2010 г. вышла книга Арье Шаликара «Мокрая собака лучше сухого еврея»( Ein nasser Hund ist besser als ein trockener Jude). Это не только рассказ о «тревожной молодости», но и предостережение от импортированного с Ближнего Востока антисемитизма, который все больше распространяется по Европе.
Арье женат на русскоязычной еврейке из Германии, у супругов двое детей. Он израильтянин и еврей, но при этом не испытывает проблем в общении с представителями других конфессий. Живя в Германии, для немцев он был «канаке», для мусульман – евреем, а для евреев – уголовником из Веддинга. Но с той поры много воды утекло. Берлинские друзья Шаликара, даже Синан, до сих пор не понимают, что с ним произошло, что заставило его покинуть Германию, переехать в незнакомую страну и надеть военную форму. «Мой Берлин – это не Берлин туристов и людей искусства. Там я не чувствовал себя свободным, больше угнетенным. Несмотря на то, что я родился и вырос в Германии, меня за немца никогда не принимали хотя бы потому, что я выглядел по-другому», – поясняет Шаликар. На вопрос о том, как в израильской  армии отнеслись к «боссу Аро», отвечает: «В армии во мне увидели миролюбивого юношу, выросшего
в обществе мульти-культи, который любит играть в футбол с друзьями».
В 2012 г., представляя свою книгу в Еврейском народном университете Берлина, Арье встретил своего учителя биологии. Того самого, который, когда парень учился в 11-м классе, потребовал исключить его из гимназии за расистские лозунги, нацарапанные на парте. Учитель извинился и поинтересовался, почему Шаруз тогда ничего не сказал: ведь считали его дерзким мусульманином, а выгнали единственного в классе еврея.
Сегодня, отвечая на вопрос о том, надо ли идентифицировать себя по религиозному признаку, Арье говорит: «В определенных условиях по-
другому нельзя. В проблемных районах этническая принадлежность и вера играют центральную роль. До тех пор, пока дома будет неправильный настрой и воспитание, будет распространяться лживая пропаганда, что-либо изменить трудно».
В связи с отмечаемым в этом году 50-летием установления дипломатических отношений между Израилем и ФРГ , ЦАХАЛ впервые открыл в Интернете немецкоязычную службу, с помощью которой можно ближе познакомиться с израильской армией. Ее руководителем назначен майор Арье Шаликар

Нина Разран

sharuza-659x670.jpg       Schalikar.png

Comments

( 6 комментариев — Оставить комментарий )
rostovdon
26 сент, 2015 11:39 (UTC)
Отлично.
prmarina
29 сент, 2015 20:33 (UTC)
Вообще страшная история. Ведь не каждый найдет в себе силы вырваться. Многие просто погибнут
boris_kokotov
30 сент, 2015 10:37 (UTC)
Самая плохое во всей этой истории слова:" все бегают с ножами и кастетами...". Это не землячества русских или вьетнамцев, или поляков. Это агрессивные , увы, мусульманские сообщества, гетто.
prmarina
30 сент, 2015 11:18 (UTC)
немного наблюдала похожую картину в Париже. Даже страшновато
kotostraus
27 ноя, 2015 12:00 (UTC)
Жалко Европу.... Переиграли в политкорректность.... Со своим уставом, в чужой монастырь не ходят. Приехал в другую страну, будь добр постарайся интегрироваться, если же ты так озабочен своими "корнями" езжай к себе, поднимай свою страну , религию, культуру и не мешай местным и готовым влиться в это общество.
Хорошо, что у Арье все получилось в жизни, но сколько поломанных жизней людей готовых жить мирно в новом обществе, но окружённых привезённой злобой....
boris_kokotov
27 ноя, 2015 14:05 (UTC)
Если Вы видели фильм Познера о Германии, то там он беседует с турком хозяином сети то ли ресторанов, то ли магазинов. Так тот убеждённо говорит, что именно турки создали эту благополучную Германию.
( 6 комментариев — Оставить комментарий )